Романо Проди: мы должны работать, чтобы быть оптимистами

0
199
Романо Проди
Романо Проди, фото Foto: AssociazioneConoscereEurasia

Романо Проди: мы должны работать, чтобы быть оптимистами

Бывший премьер-министр Италии, экс-глава Еврокомиссии, видный экономист и авторитетный политический деятель Романо Проди много занимается вопросами отношений РФ и Европы. Он не только постоянный участник ежегодно проходящего в Вероне Евразийского форума, одной из самых крупных и важных дискуссионных площадок для представителей бизнеса Италии, России и стран Евразийского экономического союза, но и возглавляет его научный совет. В интервью ТАСС Проди поделился видением нынешней ситуации в отношениях между Россией и Западом.

В своем выступлении на Форуме вы обрисовали достаточно мрачную ситуацию, отметив, что отношения России и ЕС находятся на самой низкой точке со всеми вытекающими из этого последствиями для экономики и политики. Возможно ли преодолеть этот период и, если да, то каким образом?

— Как можно быть в нынешних условиях оптимистом? Мы должны работать над тем, чтобы быть оптимистами. Но ситуация очень напряженная. И военные (НАТО) на восточных границах — это негативный сигнал. 

С одной стороны корабли (в Средиземноморье), с другой — батальоны НАТО. Надо признать, что сейчас мускулы превалируют над мозгом. А это всегда приносит вред. Я вспоминаю, как в 2008 году, на последнем саммите НАТО моего премьерства вместе с Францией и Германией мы высказались против предложения президента Буша принять Грузию и Украину в НАТО, исходя из того, что есть определенные разграничительные зоны, которые необходимы особенно в моменты обострения напряженности. Наша позиция была услышана, и ничего не произошло.

Почему Европа сейчас не возражает, прекрасно отдавая себе отчет в последствиях?

— Я не могу ответить на этот вопрос. Я больше не несу ответственности за такие решения. Скажу только, что когда необходимо немного смягчить тон, должно быть всегда место здравому смыслу.

 Как Италия, которая среди прочих европейских стран придерживается более гибкой позиции в отношении России, могла бы повлиять на своих союзников? И достаточно ли у страны авторитета, чтобы к ней прислушались? Сейчас, когда мы с вами разговариваем здесь в Вероне, по инициативе премьер-министра Маттео Ренци в Брюсселе должна состояться дискуссия по РФ. Италия впервые озвучила эту идею почти год назад, потом в июне открыто выступила против автоматического механизма продления санкций, настаивая на политической дискуссии, и вот, наконец, этот вопрос был включен в повестку саммита. Стоит ли ждать каких-то результатов?

— И на этот вопрос я более не уполномочен отвечать. Его нужно задавать ответственным за итальянскую политику. Я не знаю, какие были договоренности и соображения по этой теме.

А оставаясь на позициях наблюдателя, вы согласны, что Италия пытается играть роль посредника в сложившейся ситуации или это только впечатление?

— Единственное, что я могу сказать, посредник нужен. И если Италии удастся сыграть эту роль, я был бы рад.

По поводу “Северного потока — 2″ вы придерживаетесь мнения, что реализация этого проекта противоречит логике антироссийских санкций?

— Я всегда придерживался этого мнения. Честно говоря, после детального изучения этого вопроса мне остается непонятным данное решение (о реализации проекта).

Согласны ли вы с тем, что этот проект, который приведет к концентрации больших объемов газа на севере Европы, невыгоден Италии?

— Я убежден, что “Северный поток — 2” не в интересах Италии ни с экономической точки зрения, ни с точки зрения сохранения политического равновесия. Я считаю, что сохранение диверсификации точек доставки выгодно всем. А если есть дополнительная точка доставки на юге, для Италии только лучше.

Значит, вы полагаете, что отказ от реализации “Южного потока” стал ошибкой?

— В итальянской политике всегда сохранялась задача быть одним из важных перекрестков энергетических маршрутов. Быть таким центром крайне важно для Италии, которая ни сейчас, ни в будущем не будет обладать энергетической самодостаточностью.

Кандидат в президенты США от Республиканской партии Трамп действительно представляет такую опасность, как об этом пишет западная пресса?

— Трамп — продукт популизма, который поражает сейчас все западные демократии. Феномен Трампа отражает процессы, которые мы видим сейчас в Европе. Если посмотреть на его обещания, то это по сути те же обещания, что дает Марин Ле Пен, Найджел Фараж, все популисты Европы. 

И это не удивляет, до сих пор эти популистские настроения только росли, но пока ни одна из популистских политических сил не завоевывала власть в большой важной стране. Но это явление — результат эволюции не американской демократии, а западной демократии в целом, как следствие ошибочной политики. Такого рода антиполитика совершенно оторвана от какой-либо идеологии. Такие лидеры, как Ле Пен, что-то берут от правых, что-то от левых, смешавшая все в одно. Тот же пример взяло на вооружение Движение “5 звезд”. Из той же серии Трамп. Смешивание разных “протестов” пользуется все большей популярностью. Пока Ле Пен — старший придерживался своих фашистских взглядов, голосов его партия получала немного. Когда дочь, что называется, “убила отца” в некотором фрейдовском смысле и приняла и правую, и левую идеологии одновременно, заняв позицию противника системы, она удвоила число голосов в свою пользу.

 

Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство — благо или зло? И будет ли оно в случае его заключения противопоставляться развитию экономических отношений с Россией и всей Евразийской зоной?

— В этом партнерстве есть много позитивных моментов, но много и спорного.

Вряд ли переговорный процесс по этому вопросу продвинется.

Современное общество крайне раздроблено и правом вето обладают многие, поэтому крайне сложно заключить такое комплексное соглашение.

Мы должны смириться с этой ситуацией и продолжать открывать больше торговых возможностей, с которыми, несомненно, связано общее будущее, но делать это поэтапно, шаг за шагом — сначала в одном секторе, затем дальше. Иначе в случае с общим соглашением всегда найдется кто-то, кто его заблокирует.

Вы в своем выступлении заявили, что соглашения между РФ и США может быть недостаточно для стабилизации в Сирии и на Ближнем Востоке. Каким может быть решение?

— Я совершенно убежден и неоднократно говорил, что не может быть мира на Ближнем Востоке без соглашения между Россией и США. Это соглашение — необходимое условие. Но его может быть недостаточно, потому что ситуация слишком сложная. Свою роль играют региональные силы — Турция, Саудовская Аравия, курды. Поэтому даже соглашение США и РФ, возможно, не принесет немедленного примирения. Но оно совершенно необходимо для создания условий для установления мира.

Насколько будет болезненным выход Великобритании из ЕС?

— Brexit не ведет к немедленной драме, но негативные последствия от выхода Великобритании дадут о себе знать со временем.

Сейчас гораздо хуже другое — неизвестность.

Мы не знаем, что произойдет.

Все повторяют, что Brexit есть Brexit и он необратим, но начало переговоров о выходе оттягивается, никто не знает, на каких основах они будут вестись.

Европейские страны занимают разные позиции и пока не пришли к единодушию в подходах к этому вопросу.

Европа сталкивается с неопределенностью, которую, как я надеялся, можно было избежать.

4 декабря в Италии пройдет референдум по вопросу о конституционной реформе. Какого ответа придерживаетесь вы и насколько от исхода голосования зависит стабильность Италии и Европы, что об этом говорят международные эксперты?

— Я до сих пор воздерживался от ответа на вопрос о референдуме и не буду отвечать даже вам.

 

Беседовала Вера Щербакова

Подробнее на ТАСС:
http://tass.ru/opinions/interviews/3723002

LEAVE A REPLY

Please enter your comment!
Please enter your name here